Условия Эрдогана

Эль Мюрид 19.10.2019 13:12 | Политика 51

«СОЮЗ НАРОДНОЙ ЖУРНАЛИСТИКИ»

Фото: ТАСС/Алексей Никольский

Перед поездкой в Сочи Эрдоган сделал любопытное заявление, которое должно вызвать крайнюю степень «озабоченности» у российских партнеров. Тезисно его заявление выглядит так (цитирую по одному из профильных телеграм-каналов):

«- После нашей встречи с Путиным, думаю, в регионе целиком воцарится мир.

— Особенность нашего соглашения с США в том, что наши силы безопасности не покинут территорию.

— Безопасная зона будет состоять из территории глубиной в 32 километра и длиной 444 киломера.»

Фактически Эрдоган ставит граничное условие контроля всей приграничной зоны, без малейших разрывов. 444 километра — это вся граница от Евфрата до Тигра. А значит, на данном этапе цель Эрдогана определена предельно жестко — ни сантиметра границы Асаду. Возможно, это переговорная позиция, которая может торговаться, а может — предельное условие, «красная черта». Что тоже возможно, если об этом достигнута договоренность на переговорах с Пенсом и Помпео.

Только пропаганда может весело троллить американцев по поводу их «бегства» из Сирии. В реальности никто никуда, понятно, не уходит, Штаты остаются везде, куда они пришли, меняется лишь формат присутствия.

Нужно понимать еще одну весьма неявную составляющую всей войны на Ближнем Востоке — она идет не только между странами, но и внутри самих США между группами влияния. Условно их называют «разведывательным» и «военным» сообществами. Проект Обамы по строительству на территории Ближнего Востока «линии разлома» между Трансатлантическим и Транстихоокеанским партнерствами реализовывало разведывательное сообщество США во главе с ЦРУ. И именно ЦРУ сегодня является основным оппонентом Трампа, из его структуры постоянно происходят провокации и кризисы, целью которых является устранение Трампа и закрытие его проекта. Противостоят ему военные круги, и схватка идет весьма жесткая.

[Кстати, проект «разлома» затрагивал и Украину — и нынешние существенные изменения на украинском направлении политики США (при том, что внешняя политика для Трампа — понятие весьма смутное) тоже связаны с принципиально различными взглядами разведки и военных США на данную проблему. Метания Зеленского во многом связаны с крайней неопределенностью фактора 2020 года — изберут Трампа во второй раз или нет. Если да — то шанс на возвращение Донбасса под Украину становится крайне высоким. Нет — Донбасс станет очередным Карабахом и Приднестровьем]

Целью нынешних упражнений Трампа на Ближнем Востоке (при том, что он действует по большей части в роли слона в магазине дорогого китайского фарфора) является закрытие проекта «разведсообщества», точнее, целого ряда проектов. Вывод войск из Сирии — органичная часть задач Трампа и «военной» группы американской элиты. Обама не ставил перед собой цель уничтожения ИГИЛ* (запрещено в РФ) — его задачей было создание коридора, в котором действия ИГ* пресекались бы в трех направлениях — на север, восток и запад. Но при этом было открыто насквозь направление на юг — в сторону Саудовской Аравии. Что полностью отвечало интересам КСИР, который рассчитывал чужими руками разгромить своего регионального противника и окончательно обрушить в хаос весь регион (что в свою очередь полностью соответствовало целям Обамы и создавало тот самый «разлом» между системами Партнерств. Разлом должен был выполнять роль энтропийной ямы, в которую конкурирующие между собой Партнерства сбрасывали свои противоречия в виде перманентных войн на своей периферии. В этой конструкции Израиль оказывался лишним и ему грозила полная деструкция). Трамп решил проблему иначе — использовав курдов и коалицию для полного разгрома военной структуры ИГИЛ* с последующим обнулением сделки Обамы и Ирана. Теперь становится лишним прямое присутствие США в Сирии, и он сбрасывает ее, но оставляет после себя несбалансированное противоречие между Асадом и Турцией и между Ираном и Израилем. Где США займут привычное им место арбитра.

И именно для арбитража и приезжали Пенс и Помпео на встречу с Эрдоганом. Теперь он может, опираясь на договоренности с американцами, выдвинуть более жесткие условия Путину, что он, собственно, и делает. И вариантов у Путина почти не остается — это в телевизоре он могуч и грозен, в реальности отвечать ему просто нечем. Ну, если не считать учений типа Гром-2019, где он на камеру стращает супостата присутствием при пуске баллистических ракет. Это все, что он может — стращать.

Роль Путина в складывающемся после «ухода» из Сирии США выглядит не очень завидной: две комплементарные пары противников (Турция-Асад и Израиль-Иран) управляются США. А Россия, болтающаяся между этими двумя парами как субстанция в проруби, становится инструментом США — в случае, если потребуется усилить одну пару, ей на выручку бросят Путина. Если потребуется усилить другую — Путину скажут «фас» уже в отношении предыдущих союзников. И вариантов у него, в сущности, нет. Это довольно убогая роль, но по мощам и елей. Впрочем, для его торсиды эти детали не будут иметь никакого значения — уверенная поступь от победы к победе в телевизоре гарантирована. А что еще надо?

Сейчас на главной
Статьи по теме
Статьи автора